- Понимаю. Цель-то, положим, что и хорошая, да средство это такое...
- Чем же? Деньги - это сила.
- Сила-то, она, конечно, сила, да только вот что худо, - что пока ты приобретешь ее, так до тех пор ты так успеешь насолить человечеству, что после всех твоих богатств не хватит на то, чтоб расплатиться. Да главное, что и расплачиваться будет как-то уж неловко: желание приобретать войдет в привычку, так что эти деньги нужно будет уж силою отнимать у тебя.
- Зачем ты непременно везде и во всем видишь зло? А разве не могу я честным образом?
- М, - трудно. Впрочем, мне один знакомый протодиакон рассказывал, был случай, что одна благочестивая девица и невинность соблюла и капитал приобрела. Да, бывают такие случаи, но редко.
Лакей принес на подносе бутылку рейнвейну и два стакана.
- Тебя послушать, - говорил Щетинин, наливая в стаканы вино, - так в самом деле только и остается, что камень на шею да в воду. Давай-ка выпьем мы с тобой, дело-то вернее будет.
- Это, конечно, верней, - заметил Рязанов и чокнулся со Щетининым. - Но овец-то ты все-таки ведь заведешь?
- Заведу, брат; это уж ты меня извини!
- Ну, да. И хлебом барышничать все-таки будешь?