— Ой, да я с радостью дам вам столько же, сколько и сосед ваш ближний. Только уж вы постарайтесь, сделайте милость, чтобы потом все обошлось.
Да уж, лучшего и хотеть было некуда: у пророка и деньги, и гороха вдоволь, и волы еще до рассвета были на месте. И что вы думаете? Помаленьку, потихоньку находились пропажи то у одного, то у другого в деревне, а у пророка помаленьку наполнялись и кошелек, и кладовая.
Муж исправно кормил жену, но одежу покупать не хотел, даже юбку без сборочек не купил, об одном помнил:
— Пускай за печкой сидит, ремеслу моему не мешает.
Тоскливо было жене сидеть за печкой без юбки, хоть и сытно ела она теперь — гусятину и поросятину, да и мало ли чего перепадало ей из приношений односельчан!
Вот как-то у пани из замка пропало золотое обручальное кольцо. Искали его, искали, да не нашли, всех выспросили, но никто и намеком не знал, где кольцо. Пронесся слух, что пани из замка нашедшему сулит сто дукатов, а вора грозится колесовать. Вслед за слухом и слуга принесся из замка. Ввалился в избу к пророку и сразу — слыхал ли он о пропаже в замке и не нашел бы он ту пропажу, коли он такой ясновидец.
— Что у твоей хозяйки пропало, — говорит пророк, — я и без тебя знаю. Но ты распоследний невежа, коли не знаешь, что к пророку с поклоном входить следует.
И выставил его. Только когда тот вежливо постучался и поклонился, пророк впустил его и так заговорил:
— Вельможная пани не знают, что ли, что пророку не пристало к большим господам пешком ходить. Пришлют за мной дрожки, тогда и приеду.
Пани из замка послала дрожки. Пророк, с раскрытым календарем в руках, важно расселся в дрожках; так и подъехал к замку. Там он потребовал для себя отдельных покоев, семь дней времени и чтоб подавали ему самые отборные блюда и сладкого питья вдоволь, пока он не вычитает, куда подевалось кольцо.