Джек произнес эти слова по-русски. Он совершенно упустил из виду, что приехавший человек не знал русского языка. Он сообразил это немного позже и сейчас же повторил слова по-английски, но попрежнему грозно.
Чарли встал во весь рост в машине, но при этом опустил голову. Во всех денежных делах он всегда подчинялся Джеку и никогда ничего не предпринимал без его ведома. Но на этот раз его смущение длилось недолго. Он поднял голову и дерзко ответил:
— Да, конечно, купил за семьдесят пять долларов из общего фонда. Но ведь ты же мне писал, что у нас есть ферма, скот и сад. Значит, я купил по плану, в последнюю очередь.
— Верно! — ответил Джек и расхохотался. — Представь себе, ты прав, старик. Эта ферма принадлежит нам, и на старости лет нас не выгонят отсюда палкой. Здесь будут жить наши дети и внуки, и на каждый вколоченный гвоздь мы будем вешать наши картузы.
Приятели обнялись. Затем Джек сказал, обращаясь к коммунарам:
— Товарищи, это и есть Чарли Ифкин, американский рабочий, новый член нашей коммуны. Он умеет делать все получше меня. Теперь вы увидите, как пойдет у нас работа.
Потом он подвел Чарли к Татьяне и сказал:
— Можешь обнять ее, бродяга. Это моя жена.
— Жена? Почему же ты ни слова не написал мне об этом, старик?
— Брось, Чарли! Ведь ты знаешь, что я терпеть не могу писем.