Позиция Англии по отношению к Судану была откровенно изложена в инструкциях, данных лорду Болели, командиру военной экспедиции, направленной в сентябре 1884 г. на выручку Гордона: «Что касается будущего правительства Судана и, в особенности, Хартума, то правительство ее величества было бы довольно видеть правительство Хартума, которое… в отношении внутреннего управления страной было бы целиком независимым от Египта».[123]
Внешняя политика этого правительства также подпадала под английский контроль.
Внешние связи султана (или губернатора Судана) с правительством Египта «могут поддерживаться через представителя ее величества в Каире», — писал 19 февраля 1884 г. Кромер Грэнвилю.[124]
Таким образом, вся внутренняя и внешняя политика «независимого» Судана целиком зависела бы от Англии. Кромер, учитывая, что связи Судана с Египтом как-то должны продолжаться и впредь, предлагал поддерживать эти связи через английского представителя в Египте.
Действия Гордона, вопреки мнению английских историков, склонных объяснять провал британской авантюры в Судане излишней свободой, которой он пользовался, на самом деле направлялись и строго корректировались английским правительством. Гордону оставалось следовать точным инструкциям, идущим из Лондона. Неудачи с организацией «независимого» суданского правительства заставили Гордона попытаться изменить принятый политический курс. Он предложил английскому правительству согласиться с требованием Египта о посылке в Судан турецких войск, но английское правительство не собиралось отклоняться от ранее намеченной цели. «Использование турецких войск в Судане, — телеграфировал Грэнвиль Кромеру 1 мая 1884 г., — вызвало бы изменение первоначальной политики правительства ее величества, которая заключается в отделении Судана от Египта (разрядка моя. — С. С,) ив восстановлении его первоначальной независимости».[125]
В свете описанных событий становится понятной практическая деятельность Гордона во время его пребывания в Хартуме. Гордон не только не проводил эвакуации Хартума, но, напротив, 27 февраля 1884 г., т. е. через 9 дней после своего приезда, опубликовал обращение к народу, в котором говорил о британских войсках, якобы спешащих к Хартуму на помощь.[126] «Если бы жители (Хартума. — С. С.) не были уверены в том, что прибудет английская экспедиция, в Хартуме не осталось бы ни души»,[127] — замечает Орвальдер, имея в виду городскую буржуазию.
Оборудование доков, склады с товарами и военным снаряжением, речной флот и прочее ценное имущество, принадлежавшее Египту, сознательно задерживалось для дальнейшей передачи будущему правительству Судана.
В ожидании скорого прибытия Зубейра Гордон оставил в Хартуме лишь одни африканские войска (будущее ядро «новой армии»}, разместив египетские части в Омдурмане для их подготовки к «длительному походу на север».[128]
Подозрительные и не слишком замаскированные действия Англии вокруг организации «нового правительства Судана» не могли не привлечь внимания египетского правительства. 25 ноября 1884 г. Гордон получил пространную телеграмму, в которой хедив, в надежде на успех предполагаемых военных экспедиций против махдистов, дал понять, что «он вовсе не собирается отказываться от своих суданских владений».[129]
В дневнике Гордона мы находим характерную запись: «Тевфик телеграммой уничтожил свой фирман, в котором он отказывался от Судана, но я не принял ее во внимание».[130]