— Что ты говоришь?!
— А студенты… — продолжал Власенко, — еще не обо всех получены сведения… Асю Дубову помнишь? Погибла в партизанском отряде, а Лиля Шевчук — под Будапештом, она служила на аэродроме.
Они умолкли. Сколько погибло товарищей!
Грусть овладела ими. И это чувство сразу сблизило их.
Стахурскому стало стыдно за неприязнь к Власенко, которая возникла после первых же его слов.
Он прикоснулся к кителю Власенко — под правым плечом на нем были две нашивки за ранения — красная и золоченая. Он тоже ведь нес тяготы войны, смерть замахивалась и на него.
Они помолчали немного, потом Стахурский сказал:
— Одна девушка, партизанка и фронтовичка, сказала мне, что в память погибших товарищей мы должны жить так, чтобы вся наша жизнь была подвигом.
Неожиданно для себя он приписал собственные слова Марии и даже не подумал, почему так сделал: то ли постеснялся пышности этих слов, или, наоборот, хотел уступить эти святые слова той, которую любил.
— Подвиг…