По Волге, медленно двигались огни пароходов. В ночной темноте это было очень красиво. Так медленно продвигались. Кратный сказал:
— Пока еще русские пароходы ползут по этой пока еще русской реке.
— А потом? — спросила Козловская.
— Потом? Поселятся здесь немецкие мужики, честные и трудолюбивые, и будет звучать немецкая речь и в славном городе Москау, и в славном городе Ней-гард-ам-Волга.
— Как вы невесело шутите! — тихо сказала Козловская.
Возвращались поздно ночью в темноте, слушая тревожное плесканье волн. Николай провожал до пароходной пристани.
Верочка и Николай шли рядом. Долго не видались. А теперь стало так сладко. Николай сказал:
— Верочка, мне надо вам сказать кое-что.
И он рассказал ей, что уходит в армию. Добровольцем. Верочка вспыхнула. Заспорили, поссорились, помирились, — ах, много ли надо времени!
— Верочка, поймите, я иначе не могу. Разве можно думать только о себе в такое время?