«Да что же это значит?.. Ведь все было решено почти… У нее такой чудный голос, она имела всю зиму такой успех».
Кто-то сказал, что красавица певица совсем оставляет сцену, что она выходит замуж.
— Неужели замуж? За кого же?
Но этого никто не знал, наобум называли то одного, то другого. Однако все было правдоподобно… Через неделю, через другую уже будут знать, за кого прелестная певица выходит замуж. Будут много говорить об этой свадьбе, вырастут сплетни, клеветы, походят-походят эти сплетни по городу, да и заглохнут. Кому какое дело! Все в этом городе забывается скоро, его ничем не удивишь, ни на чем долго не остановишь его внимания…
А Владимир счастлив! Он чувствует себя совсем другим, новым человеком. В нем нет уже той неловкости, неуверенности, которую он всегда болезненно чувствовал, особенно в многолюдном, шумном обществе. В первый раз в жизни он чувствует под собой твердую почву, ясно и отчетливо все видит перед собою. Еще месяц-другой — и начнется настоящая жизнь. Он простится с этими людьми, с этими залами, с этим холодным, нелюбимым городом.
В Горбатовское! В Горбатовское! С нею, с Груней. Она согласна… Он в ней не ошибся. Она его любит. Она уже не говорит ему теперь, что он требует от нее чрезмерных жертв, что он эгоист, деспот… Он увлек ее, и теперь она сама ждет не дождется, когда очутится снова в деревне. Среди полей и леса, под здоровым дыханием родной почвы, из которой она выглянула на свет и от которой чуть было навсегда не оказалась оторванной.
В деревню! В родную деревню! Под вечные своды и леса!..
И Владимир счастлив. И широкое, наполняющее его чувство заставляет его теперь весело и любовно относиться ко всему и ко всем, к этим людям, с которыми у него нет ничего общего, которые до сих пор ему были скучны и просто неприятны… Ведь он прощается с ними.
Вот он заметил среди мелькающих лиц сестру Софи и невольно вгляделся в лицо ее.
Отчего она такая? Отчего она так бледна, с таким усталым и в то же время беспокойным и злым выражением?