Другие молчали. Но их подавленные лица явно показывали, что приказание капитана не будет исполнено.
— Я вам передал приказание… Живо собирайся на берег! — вдруг свирепо крикнул старший офицер.
Но, несмотря на этот тон, все понимали, что Иван Иванович не сочувствует приказанию капитана.
Весть о приказании капитана вызвала среди матросов чувство негодования.
— Чем выдумал облещивать Собака! — говорил, одевая чистую рубаху, Лещиков. — Полагает, найдутся Иуды…
И, увидав одного унтер-офицера, на которого не надеялся, Лещиков громко прибавил:
— Посмей кто тронуть Трофимова, искровяним до смерти! Ты это помни, шилохвостый унтерцер!
— А ты что зря лаешься, Лещиков! — вступился, подходя, боцман. — Небось не найдется бессовестной души на конверте, чтобы заманить беглого… Так и стали ловить!.. Пусть Собака зря посылает.
Матросы первой вахты, приодетые, стали выходить на палубу, как вдруг сигнальщик крикнул вахтенному мичману:
— Конверт под адмиральским флагом идет, ваше благородие!