— Ужинаем. Приглашаю принять участие, — начал было я не совсем твердо, но член Военного Совета не дал мне договорить до конца, поблагодарил за приглашение и, довольно ловко для его полной фигуры, спустился по отвесному трапу. Я едва поспел за ним, думая о том, какая же у него замечательная память.
На следующий день с утра мы начали готовиться к празднику, посвященному вручению наград членам нашего экипажа. Этот праздник устраивался в базе. Электрические утюги уже несколько часов кряду не прекращали работу. Не торопясь, аккуратно разглаживали обмундирование, чистили пуговицы, производили мелкий ремонт… Военная служба, в особенности служба на флоте, приучает людей к полному самообслуживанию. Конечно, отутюжить обмундирование можно было бы и в портновской, но матросы любят это делать своими руками. Они разглаживают брюки, форменки, синие воротники с аккуратностью, которой может позавидовать любая женщина.
— Вот стрелочка — карандаши чинить можно, — надев на себя отутюженные брюки и внимательно разглядывая их в большое зеркало, похвалился Морозов.
Его друзья оглянулись и нашли, что брюки действительно в ажуре…
— С клиньями? — спросил моторист, который кругом обошел Морозова, разглядывая его брюки и любуясь, как хорошо сидят они на ладно сложенной фигуре хозяина.
— Я уже вышел из этого возраста, — отозвался Морозов. — У меня личное разрешение инженер-механика на подутюжку брюк по своему вкусу, но в полном соответствии с требованием формы, — серьезно добавляет он.
К семнадцати часам весь экипаж переодет в обмундирование первого срока, все гладко выбриты. Выстроилась прямая, как линейка, шеренга матросов и старшин. Я прошел вдоль строя и внимательно осмотрел экипаж. Никаких замечаний не было. Оставалось доложить командиру соединения о том, что личный состав готов для вручения ему правительственных наград.
Строем прибывали на торжество экипажи других кораблей.
После смотра, произведенного командиром соединения, послышалась команда «вольно», и зал, в ожидании прибытия командующего и члена Военного Совета, наполнился сдержанным гулом. Многие время от времени посматривали на маленький стол, накрытый яркокрасной плюшевой скатертью, — на нем в образцовом порядке, колонками, были приготовлены открытые коробочки с орденами и медалями; при ярком электрическом освещении они горели свежей чеканкой и эмалью.
В сопровождении командования соединения в зале появился командующий и член Военного Совета. Разговоры смолкли, все заняли положение «смирно».