Немчинов встал, подошел к окну и сдул с подоконника белые лепестки.
— Хорошая в этом году весна — ранняя, теплая. Вы многое потеряли, что с утра не приехали.
— Дела, Георгий Георгиевич, не пустили.
— Я это вижу. Закружили они вас. Хотите я скажу, о чем вы сейчас думаете?
— Скажите, — Фомичев с любопытством смотрел на Немчинова.
— Вы сейчас решаете для себя вопрос, годитесь ли вы на должность главного инженера. Угадал?
Фомичев молчал.
— Вы эту мысль выкиньте из головы. — Немчинов подошел к Фомичеву и положил ему руку на плечо. — Да, выкиньте, это вам будет очень мешать в работе. Очень, знаю по себе. — Он снял руку с плеча Фомичева и прошелся по комнате.
На Урале Немчинов был сравнительно новым человеком. Он приехал сюда в дни войны, сопровождая эвакуированный с юга эшелон заводского оборудования.
Георгий Георгиевич был из тех людей, которых партия еще в двадцатые годы выдвинула с производства на руководящую работу. Он вдруг стал директором завода, на котором долго работал токарем-лекальщиком. С тех пор прошло много лет. Немчинов успел сменить несколько заводов, окончить Промышленную академию. Одно время работал управляющим крупным трестом, но скоро вернулся к производству.