— Господи боже мой! Что же это такое?! — воскликнула в страхе мать.
— Не бойтесь, я ничего не украл, мама! Я только написал кое-что, неприятное для больших господ.
— Уж не хочешь ли ты издавать газеты, как Гавличек?[15]
— Нет, отец, нет.
— Говори мне «папа», как ты называл меня раньше… Что же у тебя там такое, в этих бумагах, если тебе приходится скрываться?
— Вам бы понравилось, если бы осуществилось то, о чем там написано, — сказал Войта и поглядел искоса на мать и брата.
Старый Пехар понял этот взгляд и, обратившись к обоим, приказал:
— Идите спать, завтра с раннего утра вас ждет работа. Мы тут еще немного поговорим.
Они вышли, мать — вся в слезах. Одно утешало ее — «он жив!..»
Оставшись с отцом, сын задал ему вопрос: