«Жандармы!.. — подумал он. — Увидят убитого, арестуют меня, и я буду иметь удовольствие войти в город под почетным конвоем. Вот будут издеваться приятели этой Раверси при дворе! Они так ненавидят мою тетушку».
Тотчас он с быстротой молнии бросил остолбеневшим землекопам все деньги, какие были у него в карманах, и вскочил в карету.
— Помешайте жандармам преследовать меня, — крикнул он землекопам, — и я озолочу вас! Скажите им, что я невиновен, что этот человек «напал первым и хотел меня убить».
— Пусти лошадей вскачь, — сказал он vetturino. — Получишь четыре золотых, если проедешь через мост раньше, чем эти люди успеют догнать меня.
— Ладно! — ответил возница. — Да вы не бойтесь, они пешком идут, а ежели мои лошадки побегут только рысью, и то мы их обгоним.
И, сказав это, он пустил лошадей галопом.
Нашего героя задели слова: «Не бойтесь», — он действительно очень испугался, когда Джилетти ударил его по лицу эфесом шпаги.
— Но вот, чего доброго, встретятся нам верховые, — продолжал осторожный возница, думая о четырех золотых, — и те люди, что погонятся за нами, могут им крикнуть, чтоб нас задержали…
Слова эти означали: «Заряди-ка свое ружье».
— Ах, какой ты храбрый, миленький мой аббат! — воскликнула Мариетта, обнимая Фабрицио.