– К смотрителю! Веди меня к смотрителю! – закричал Степан не своим голосом.
– Да что ты, с ума спятил? Тебя же в карцер посадят, под начало тому же Арефьеву, чтоб не мешался не в свое дело.
– Веди к смотрителю! – кричал Степан, не помня себя.
– Сам ступай, а я тебе не водчик, – сказал Пафнутьич, отходя на свое место.
Степан начал "бунтовать". Он принялся стучать что есть мочи в дверь, кричать, бить стекла. Сбежались сторожа и связали его. Не обошлось без колотушек. Но Степан не унимался. Он продолжал биться и кричать, что хочет видеть смотрителя и не успокоится, пока его либо не убьют, либо не позовут смотрителя.
Решили доложить смотрителю, который через несколько времени явился.
– Ты это что, бунтовать выдумал? – напустился он на Степана. – Так у меня расправа коротка.
– Я не думаю бунтовать, – сказал Степан. – А людей истязать и ломать им ноги не полагается по закону…
– Кто тебя истязал? – перебил его смотритель. – Кто тебе ломал ноги? что ты мелешь?
– Не мне, а Лукьяну Петрову, моему товарищу… – начал Степан.