— Что ты говоришь? Есть работа? — обрадовался Фернан приятной новости и немедленно зашагал в сторону пивной. А ведь обычно он не из самых ретивых.
Некоторым из толпы хотелось расспросить старика Дюпюи обо всем поподробнее, но он уже подошел к следующей группе. Там он повторил то же самое, почти не меняя выражений. И так от группы к группе. И сразу же после его слов, как только он отходил, люди начинали обсуждать то, что он сказал, и защищать его точку зрения. Зачастую именно те самые люди, которые еще за минуту до этого не видели перед собой никакого выхода.
Все поняли: идет мобилизация коммунистов — значит партия перешла на военное положение. Другими словами, еще не все потеряно. А сегодня не было человека, который оставался бы равнодушным к исходу борьбы.
Многие коммунисты действовали, как Дюпюи. Они сновали между людьми, переплетая их, как челнок нити, и оставляли за собой сотканные куски материи. Быстро переходя от группы к группе, они наскоро, большими стежками сметывали эти разрозненные куски, и вот понемногу начало вырисовываться нечто цельное и компактное…
Вызванные коммунисты собрались в пивной, куда пришел и Анри. Выясняя положение, он тоже ходил в толпе. Ему с трудом удалось подавить в себе чувство смятения, порожденное всем происходящим. И он понял, по какому пути надо следовать. Помочь коммунистам побороть в себе растерянность, чтобы они, в свою очередь, смогли придать уверенности как можно большему количеству людей.
Обстоятельства переменились, и Анри решил, что, пожалуй, собрание комитета секции, о котором они сегодня говорили с Дэдэ, теперь не из самых неотложных дел. Сейчас, в первую очередь, нужно во что бы то ни стало мобилизовать на работу среди масс как можно больше коммунистов. Поль согласился с Анри. Но отменять собрание комитета, конечно, не следовало. Пусть товарищи придут, собрание продлится минут десять-пятнадцать и за это время можно будет им дать общую установку — это всегда полезно. Да и вообще такая летучка поможет привести в боевую готовность всех членов комитета, что совершенно необходимо.
— Итак, сегодня вечером собрания по ячейкам, — сказал на комитете Анри. — Невозможно? Да у вас в запасе несколько часов! В такой атмосфере все возможно. И потом, что еще мы можем предпринять? Даже если вы уверены, что удастся собрать всего несколько человек, все равно это надо сделать! Выбора у нас нет. Нужно действовать. И в первую очередь, необходимо мобилизовать всех коммунистов.
Иначе мы повторим старую ошибку: опять все те же десять человек, которые сидят сейчас здесь, выбиваясь из сил, будут пытаться одни вынести на своих плечах всю работу. Как бы все ни выглядело со стороны, но по существу это значит идти по линии наименьшего сопротивления. Конечно, мы с вами можем провернуть немало. Но если каждый из нас употребит свои силы на то, чтобы вовлечь в работу других товарищей, и пусть даже каждый из этих втянутых коммунистов сделает всего десятую часть того дела, которое ты бы сделал один, пусть он возьмет на себя выполнение совсем маленькой задачи, все же результаты практически будут гораздо более значительными и не только в далеком будущем, но и сегодня.
И, кроме того, как раз в таких случаях замечаешь, как товарищи немедленно откликаются на призыв партии, и понимаешь, насколько ты недооценивал наши силы. Это бесспорно.
И еще одно. Речь идет не о многочасовых собраниях. Надо немедленно поднять на ноги всех коммунистов и сегодня же ночью бросить их на работу, вот о чем идет речь. Кто из коммунистов способен спать в такую ночь? Объяснять долго не придется. Сказать коротко, самое основное, так, как говорил сегодня Дюпюи и другие. Исходя из этого, давайте подумаем, что нам следует немедленно предпринять, чтобы обеспечить успех завтрашней демонстрации и поднять настроение тех, кто пал духом.