— Что же ты подумала? Эхъ!
Нѣсколько дней спустя, вечеромъ прибѣжала къ Боргу служанка Вестмана и попросила господина доктора прійти въ нимъ и посмотрѣть на хозяйку — она умираетъ.
Просьба показалась Боргу нѣсколько неожиданной, но проницательность, сопровождавшая минуты его просвѣтленія, ему подсказала, что здѣсь совершено убійство; они хотятъ воспользоваться его именемъ и положеніемъ, чтобы избѣжать судебно-медицинскаго освидѣтельствованія.
Самое дѣло было для Борга совершенно безразлично, но все-таки оно его взволновало. Произошло изъ ряда вонъ выходящее событіе и произвело впечатлѣніе, въ которомъ онъ такъ нуждался.
Боргъ отправился на таможенную станцію и былъ встрѣченъ обоими братьями съ большой предупредительностью, которая показалась ему очень подозрительной. Онъ ничего не сказалъ, ни о чемъ не разспрашивалъ. Онъ хотѣлъ привести человѣка къ сознанію, заставивъ его говорить первымъ. Онъ былъ убѣжденъ, что виновный выдастъ себя съ перваго слова.
Въ комнатѣ при свѣтѣ сальной свѣчи сидѣла дѣвочка и ѣла булку. Ее одѣли въ лучшее платье, вѣроятно, для того, чтобы она чувствовала себя, какъ въ праздникъ, и не баловалась.
Осмотрѣвшись въ комнатѣ и замѣтивъ, что братъ Вестмана вышелъ, онъ подошелъ къ постели, на которой лежала женщина.
Онъ тотчасъ увидѣлъ, что она уже умерла. По сведеннымъ мускуламъ ея лица онъ понялъ, что смерть ея была насильственной. Онъ замѣтилъ, что волосы ея были тщательно расчесаны на лбу, и ему сразу стало ясно, что здѣсь былъ примѣненъ добрый старый способъ съ гвоздемъ.
Боргъ однако хотѣлъ сначала заставить заговорить мужа и обернулся къ нему съ полуоткрытыми губами и съ выраженіемъ вопроса на лицѣ, какъ бы желая о чемъ-то его спросить. Вестманъ тотчасъ заговорилъ, полагая, очевидно, что передъ сумасшедшимъ особенно хитрить нечего.
— Удостовѣрьте, пожалуйста, господинъ докторъ, что она умерла, тогда мы бы ее тотчасъ похоронили. Мы, знаете ли, люди бѣдные, и у насъ нѣтъ средствъ, чтобы вызывать доктора.