— Простите. Я еще никогда не пил…
— Охотно прощаю, — приятным баритоном говорит пассажир, после чего выпивает сам и закусывает не котлетой, а кусочком соленого огурца.
— Хочу сказать тебе, милый мой проводник, несколько полезных для тебя слов. Ты хорошо и складно врешь, но делаешь ты это без огня. Так не годится. Надо так врать, чтобы тебя самого слеза умиления, восторга и радости прошибла. Вот тогда тебе поверят, и ты станешь впереди людей. Я сам брехун великий… Меня вся Россия знает, и за хорошую брехню большие деньги платят… Запомни это… А сейчас — едем дальше.
Он поднимается, велит позвать Осилова, щедро расплачивается и направляется к экипажу.
Всю дорогу до Ялты не перестаю думать о пассажире, сумевшем так ловко уличить меня во лжи. Но кто же он? Почему он знает?..
Только к вечеру узнаю от швейцара первоклассной гостиницы «Россия», что он знаменитый московский адвокат и зовут его Плевако.
Иногда случается возвращаться из Ялты порожнем.
Мой хозяин не любит таких «пустых» возвращений. И тогда мне достается.
— Ты что себе думаешь, — сердито говорит Миша, — лошади у меня едят воздух? А кучера и ты совсем не кушаете?.. Вот то-то… Надо подумать хорошенько… Я — не Ротшильд…
Если во время хозяйского выговора присутствует Лина, то, поджав тонкие, бескровные губы, она замечает, блестя злыми черными глазами: