Он весь звенит и дрожит, словно от страха, словно хочет сказать нам: «Уж не знаю, доведу ли я вас до того берега…»
— Ямщик, — спрашивает моя спутница, — а где же мы будем ночевать?
— Да уж нужно до Казбека добраться, а завтра рано утром выедем и к обеду в Млетах будем.
* * *
Млеты — конечный пункт нашего путешествия. Далее, как нам говорили, горы уже не так красивы и после Дарьяльского ущелья представляют мало интересного. Из Млет мы вернемся тою же дорогой во Владикавказ.
— А хорошие ли там комнаты для ночлега? — спрашиваю я.
— Еще б те нет! На каждой станции три отделения: одно для дам, одно для мужчин и одно для генералов.
— У вас на Кавказе, голубчик, генералы, верно, третьим полом считаются?
Ямщик не отвечает. Мимо нас с грохотом, треском и трубным звуком проносится «карета скорби». Долго потом через клубы пыли чудятся нам какие-то сдавленные стоны, мольбы и насмешливый хохот. Меня охватывает такое настроение, будто мы увидели проклятого «летучего голландца», и раздавшиеся затем слова ямщика «гроза будет» кажутся мне прямым последствием зловещей встречи.
Начинает темнеть. Лиловые тучи медленно опускаются на широкие каменные плечи утесов и, тихо покачиваясь, прильнули к ним.