Но иногда вещественные доказательства могут быть приведены в ошибочную связь с искомым фактом; они могут быть подкинуты с целью ввести в заблуждение; на месте преступления виновный может оставить, напр., кусок ножа, украденного им у своего соседа, чтобы вооружить против него этого немого свидетеля и предупредить обвинение против себя; они могут быть сфабрикованы с единственною целью сбить с толку судей; виновный может, напр., сломать замок, сделать себе рану, чтобы придать своей басне более вероятности; они могут быть обращены против истины с большей опасностью для правосудия, чем подкупленный свидетель. Но, когда отчет о вещественных доказательствах дает официальное лицо, опасность обмана низводится до наименьшей степени.
Поличное бывает двух родов: 1) вещи, принадлежащие обвиняемому, которые найдены на месте преступления во время личного осмотра, и 2) вещи, принадлежащие потерпевшему лицу, которые найдены в доме обвиняемого во время обыска или в его руках при аресте. Значение поличного состоит в том, что оно заставляет обвиняемого указать, каким путем вещь попала в его руки. Доказательства владения плодами преступления различны и по степени убедительности, которая зависит от свойства предметов и числа их, способа и обстоятельств владения и т. д.
Следующие обстоятельства увеличивают или уменьшают значение поличного, как улики: находится ли место или хранилище, где найдена вещь, в исключительном пользовании обвиняемого, как, напр., запертой сундук в его жилой квартире, или же к этому помещению могли иметь доступ посторонние лица безведома хозяина, как, напр., незапертой крестьянский двор или сарай вдали (саженей, напр., за 50) от жилого дома.
Способ хранения вещи подсудимым, т. е. лежала ли она открыто, так что каждый мог ее видеть, или же она была спрятана в таком месте, куда она случайно попасть не могла, как, напр., хранение золотой вещи в мешке с рожью или полотна не в сундуке, где хранится прочее белье, а в погребе в простой бочке среди съестных припасов.
Подходит ли вещь к обстановке обвиняемого или обладание ею представляется само по себе необыкновенным, так как едва ли подлежит сомнению виновность, напр., мужика, не торговца золотыми вещами, хранящего золотые вещи, или нищего, хранящего процентные бумаги.
Нахождение других краденных вещей сразу подрывает объяснение обвиняемого о том, что вещь попала к нему случайно. Большая разница также и в том, напр., найдены ли все вещи, добытые преступлением вместе или же некоторые, ибо часть их могла попасть в невинные руки, между тем как трудно допустить, чтобы совокупность всех вещей могла перейти в третьи руки. Масса вещей указывает на повторение удачных покупок. Тот кто слишком счастлив, обыкновенно помогает своей судьбе и всегда почти незаконными средствами.
Через сколько времени после совершения кражи найдена вещь, так как чем более времени прошло после совершения преступления, тем слабее подозрение, тем правдоподобнее объяснение подсудимого, что он приобрел найденное у него законным образом на рынке у неизвестного торговца.
Способ приобретения и цена вещей требуют тщательной проверки, ибо чем ниже цена, чем своеобразнее обстановка, среди которой происходила покупка, тем более есть основания предполагать здесь преступление. Напр., если процентная бумага куплена на улице у оборванца за пятую часть цены, то судья вправе заключить, что она куплена заведомо краденной. Тот, кто приобрел вещь законным путем, знает, что она стоит. Но за бесценок может отдать хорошие вещи только тот, кому надо отделаться от них во чтобы то ни стало.
Если вещь имеет характерные приметы, как, напр., номер часов, то задача судьи нетрудна.
Но когда спор идет о полотне, ржи, муке и т. п., то поличное является очень слабой уликой, если путем экспертизы и сличения с образцами не будет установлена самым очевидным образом принадлежность этих вещей потерпевшему лицу.