— Была селянская, а теперь моя. Глупые люди!.. В Ужгород ходоки пошли. Ох, и глупы же!..
Но почему люди глупые, Матлах не успел объяснить. С улицы донеслись шум мотора и крики ребятишек.
Я посмотрел в окно. Перед воротами остановилась синяя легковая машина.
— Кто там? — недовольно спросил Матлах, разворачивая по комнате коляску.
Дверца машины открылась, и из нее вылез, отряхиваясь и разминая ноги, мужчина с оплывшим лицом.
— Лещецкий, — сказал я.
Матлах нахмурился.
— Лещецкий? Что его принесло?
Я с досадой отошел от окна и взялся за шляпу. Матлах заметил мое движение и вдруг сказал:
— Нет уж, пане Белинец, вы оставайтесь. Я с ним секретничать не собираюсь.