Несколько слов о морской разведке. Здесь нельзя не вспомнить немецкого шпиона Карла-Ганса Лоди, опытного морского наблюдателя. Он прошёл хорошую школу шпионажа и мог с первого взгляда определять тип любого судна, до мельчайших подробностей замечать береговые оборонительные сооружения. Как никому другому, Лоди удавалось выведать у моряков всё, что его интересовало. Впрочем, все эти качества не спасли его от расстрела в Тауэре.
Морскую разведку интересовали даты и время отправления транспортов с войсками, данные о строительстве всевозможных военных судов, новейшие достижения в вооружении и конструкции кораблей; дислокация флота и намеченные перегруппировки; возможность подкупа членов экипажа для саботажа и вредительства, моральное состояние и боевая подготовка экипажей; результаты испытания торпед; размеры потерь в технике и живой силе; новые назначения личного состава; характер морских соглашений между союзниками; последние изобретения для борьбы с подводными лодками; сигнальные и радиотелеграфные коды; новости в области маскировки; сведения относительно недостатка жидкого горючего или угля (эти сведения одно время имели первостепенное значение, так как действия союзных флотов были ограничены недостатком горючего); результаты испытаний на скорость и на прочность; расстановка мин; развитие морской авиации и таких изобретений, как управление на расстоянии торпедами и моторными лодками.
Во время мировой войны в британском флоте было несколько случаев диверсии. Суда «Оплот», «Ястреб», «Авангард», «Отечественный», «Принцесса Ирен» таинственно взлетели на воздух. В бухте Таранто лежит перевёрнутая громадина итальянского дредноута «Леонардо да Винчи», потопленного адской машиной, поставленной возле порохового склада на корабле.
Но все эти происшествия так и остались загадкой. Нет ничего, что уличило бы виновников взрывов.
Морской шпионаж, однако, гораздо более трудное предприятие, чем шпионаж политический и военный. Это объясняется тем, что в тайны флота может проникнуть лишь технически грамотный агент, специалист, а не просто «наушник». Кроме того, флот во всех европейских странах представляет собой тесно замкнутую касту, существующую отнюдь не на демократических началах. Поэтому совсем нелегко получить доступ в морские круги. Несмотря на это опасность просачивания информации существовала постоянно. Матросы, выходя на берег, делились друг с другом безобидными как будто сплетнями, а по докам в это время бродили бездельники с длинными ушами, собирая там и сям обрывки информации. Эти обрывки затем попадали куда следует, и опытные люди составляли из них стройное целое.
Однажды распространились слухи, что австрийская принцесса итальянского происхождения систематически снабжает генерала Диаца военными секретами.
Это приводит нас к избитой теме «скрытой руки». Преувеличенные слухи и россказни объясняются тем, что членам королевских фамилий сравнительно просто шпионить, если б они пожелали: кроме того, большинство членов королевских фамилий, в каком государстве они ни находились бы в данное время, связано друг с другом кровными узами.
В прошлой войне немки и австрийки были посажены на троны России, Греции, Швеции, Испании (королева-мать), Румынии (Кармен-Сильва) и Болгарии, а в Голландии правил немец, супруг королевы. Интересно проследить, какое влияние эти женщины оказали на ход войны.
Автор читал одну депешу из Мадрида в 1918 году. Вот примерный текст: «Герцог В. делает всё, что может, но влияние королевы-матери ещё преобладает при дворе. По радио, а также при помощи других средств, о которых вы уже знаете, она сносится с Ватиканом. Король находится постоянно в обществе молодого германского военного атташе, красивого и весёлого малого, специально посланного сюда, как говорят, благодаря репутации, которой он пользовался в ночном Берлине».
Когда Германия убивала испанских моряков, это искусно замалчивали, а если Англия из-за нехватки тоннажа оказывалась не в состоянии скупать, как обычно, испанские апельсины, по всей стране распространялись сообщения, что она «навлекла голод на наши земли». Немецкие подводные лодки свободно укрывались в испанских гаванях от преследования, а союзникам всячески препятствовали во всех портах, связанных с действиями португальских экспедиционных сил на полях Франции. Испания была пропитана германской пропагандой в значительной мере против воли народа, но при могучей поддержке некоторых членов королевской фамилии и правящей касты.