- Алексей Иванович, почва-то ведь вспаханная.
- Что вы?
Действительно, теперь ясно были видны широкие, полуобсыпавшиеся борозды пашни и правильные ряды кактусов. Через несколько шагов Гусев споткнулся о каменную плиту, в неё было ввёрнуто большое, бронзовое кольцо с обрывком каната. Лось шибко потёр подбородок, глаза его блестели.
- Алексей Иванович, вы ничего не понимаете?
- Я вижу, что мы - в поле.
- А кольцо - зачем?
- Чёрт их в душу знает, зачем они кольцо ввинтили.
- А затем, чтобы привязывать бакен. Видите - ракушки. Мы - на дне канала.
Гусев приставил палец к ноздре, высморкался. Они повернули к западу и шли поперёк борозд. Вдалеке над полем поднялась и летела, судорожно взмахивая крыльями, большая птица с висячим, как у осы, телом. Гусев приостановился, положил руку на револьвер. Но птица взмыла, сверкнув в густой синеве, и скрылась за близким горизонтом.
Кактусы становились выше, гуще, добротнее. Приходилось осторожно пробираться в их живой, колючей чаще. Из-под ног выбегали животные, похожие на каменных ящериц, - ярко оранжевые, с зубчатым хребтом. Несколько раз в гуще лапчатой заросли скользили, кидались в сторону, какие-то щетинистые клубки. Здесь шли осторожно.