H. H. Мостовская
НЕИЗВЕСТНОЕ ПИСЬМО М. К. ЦЕБРИКОВОЙ О НЕКРАСОВЕ
Мария Константиновна Цебрикова (1835--1917) -- одна из первых женщин-критиков, писательница, общественная деятельница, сотрудница "Отечественных записок", "Дела", "Слова" и других журналов демократического направления. Начало ее литературной известности как автора остро публицистических статей связано с "Отечественными записками" Некрасова. По свидетельству самой М. К. Цебриковой, "первый замеченный" ее труд была статья "Наши бабушки (о женских типах в "Войне и мире" Толстого)", которую начинающая писательница -- "с трепетом, примут ли" -- понесла в 1868 г. в "Отечественные записки".1
В журнале Некрасова в 70-е годы вышли в свет наиболее значительные ее работы, посвященные анализу творчества Л. Толстого, Шпильгагена, Писемского, Гончарова, Жорж Санд, Шелли и др., в которых утверждались принципы революционно-демократической эстетики, защищались традиции Белинского, Чернышевского, провозглашалась общественно-преобразующая роль искусства. В статье "Герои молодой Германии" о романах Шпильгагена "Один в поле не воин", "Молот и наковальня", опубликованной в "Отечественных записках" (1870, No 6--8), М. К. Цебрикова открыто писала о гражданской миссии писателя-борца: "Наше время -- время борьбы; оно говорит: кто не за меня, тот против меня; оно требует от писателя служения жизни".2
Почти во всех своих литературно-критических работах М. К. Цебрикова обращалась к решению важнейших в общественной жизни России публицистических задач. Романы Л. Толстого, Гончарова, Шпильгагена служили для нее поводом, чтобы "высказать свое представление о "новом герое", его борьбе, его взглядах, его нравственных и этических принципах".3 В статьях, посвященных "Войне и миру" Толстого (Отечественные записки, 1868, No 6), "Обрыву" Гончарова (1870, No 5), повести Писемского "Люди сороковых годов" (1870, No 2), так же как и в специальных педагогических этюдах критика, обсуждался актуальный в 60--70-е годы "женский вопрос".4
M. К. Цебрикова выступала в журнале Некрасова и в качестве переводчицы, знатока немецкой, английской, французской литературы. Подготовленные ею в 70-е годы переводы книг английских прогрессивных писателей Э.-К.-Г. Мюррея ("Депутат города Парижа. Повесть из времен Второй империи"), Д. Мак-Карти ("Потомок Тайронов"), Д. Мередита ("Карьера Бьючемпа"), более поздний перевод с французского I тома "Истории XIX в." Ж. Мишле (1883) и др. также свидетельствовали о ее демократических убеждениях и вкусах.5 Интерес переводчицы к социальным и тенденциозным6 произведениям отчетливо прослеживается в ее письмах к Некрасову 70-х годов. Обращаясь к переводной литературе, она выбирала произведения, наиболее близкие общественно-литературному направлению "Отечественных записок". В одном из писем к Некрасову писательница рекомендовала перевод романа Диккенса "Тяжелые времена" вместо романа "Жизнь и приключения английского джентльмена, мистера Николая Никльби", в котором, по ее мнению, "не затронуто никакого интересующего в наше время социального вопроса".7 По поводу романа "Мишурный век", написанного М. Твеном в соавторстве с Ч.-Д. Уорнером, М. К. Цебрикова писала: "О рабочем вопросе и социальном, увы, ни слова".8
Публицистичность литературного дарования М. К. Цебриковой наиболее ярко проявилась в ее известном "Письме к императору Александру III". Сама писательница расценивала открытое обращение к верховной власти России как итог своей общественной и литературной деятельности. Вместе с тем М. К. Цебрикова отнюдь не преувеличивала своей роли в общественном движении, называя себя "рабочей единицей в сотне миллионов", глубоко сознающей возложенный на нее долг и нравственное право "вывести наружу всю гнилость государственного порядка", пробудить сознание интеллигенции, прервать рабье молчание.9
Современники неоднократно отмечали независимость, прямоту и свободомыслие публицистки.10 За ее деятельностью постоянно следило III отделение. Об этом свидетельствует как цензурная история многих ее литературно-критических статей, в частности напечатанных в "Отечественных записках", так и нелегкая биография писательницы.11
Знакомство М. К. Цебриковой с Некрасовым состоялось в середине 1868 г. Сведения о дальнейших творческих отношениях редактора и сотрудницы журнала весьма скудны. Из ее немногочисленных писем к Некрасову 1873--1874 гг. известно, что редактор самого передового органа печати в России вполне доверял общественно-литературным вкусам переводчицы. Отмечал Некрасов и оригинальные ее статьи, искренность убеждений публицистки. В одном из неопубликованных писем к А. К. Шеллеру-Михайлову она вспоминала отзыв Некрасова о ее работах, проникнутых "чувством искренности": "Это и Некрасов признавал <...> были вещи, бившие молодежь по сердцу, и она их помнит".12
М. К. Цебрикова высоко ценила Некрасова как редактора и журналиста, его помощь начинающим писателям. Глубокое понимание гражданственной направленности поэзии Некрасова и ее подлинной художественности содержится в некрологической статье М. К. Цебриковой, посвященной поэту, напечатанной в журнале "Воспитание и обучение" (1878, No 2).13 Некрасов назван в некрологе "лучшим поэтом нашего времени". Здесь же определялось огромное значение его творчества для развития русской поэзии и русского общества. О Некрасове-художнике М. К. Цебрикова писала и в другой своей статье, посвященной Г. Успенскому, Н. Н. Златовратскому, Н. И. Наумову, А. И. Эртелю. Анализу произведений этих "летописцев жизни народа" предшествовала высокая оценка поэта, "со смертью которого поэзия наших дней едва ли не перестала быть поэзией. Ни одна муза мести и печали европейских поэтов, равных по силе таланта Некрасову, -- писала она, -- не пела так много и таких скорбных песен".14