-- Ай да мастеръ, Маркуша... ей Богу. Славное придумалъ питіе. Исполать тебѣ, друже. Вѣрный въ малѣ и во мнозѣ вѣренъ есть. Древо доброе плоды добры творитъ, хотя и не хочетъ. Такъ и ты, Марк...
-- Опять словоизверженіе?
-- Ну, ну... Духъ празднословія изыди.
-- Поспалъ бы лучше.
-- И то надоѣло. Всю ночь былъ настроенъ дремотно. Все будто дремлется. А въ ушахъ гудитъ, гудитъ... одна и та же рулада. На мотивъ Огинскаго. Полонеза. Будто поетъ кто-то. Этакъ съ растановкой... Отдѣльныя ноты. Ми-ре-ми-фа... до-до, си-ля!
-- Да ты что же это?-- Нумизматикъ разъярился и затопалъ ногами.-- Никакъ пѣть собрался?
-- Не пѣть, а показываю какъ мнѣ слышится: до-до, ми, соль! де-діезъ, ре-ля!
-- Уйдемъ, Михаилъ Павловичъ.
-- Молчу, молчу... Посидите.
Къ декабрю зацвѣли розы наново. А ялтинскія горы бѣлѣли снѣгами. Былъ раза два снѣгъ и внизу на берегу моря. Были и морозы, но легкіе. Въ Долинѣ Розъ на открытыхъ мѣстахъ и въ пролетахъ между домами цвѣты какъ кипяткомъ обварило. Почернѣли и осыпались магноліи; хризантемы попортились замѣтно. Какъ-то цѣлый день пролежала въ снѣгу Ялта. Съ утра рано кружился онъ рѣдкими звѣздочками. Послѣ полудня зарядилъ такой густой и лохматый, что моря не стало за нимъ видно. Нависъ на кипарисахъ, на зелени лавровъ, укрылъ крыши, клумбы, балконы. Но къ вечеру растаялъ весь, безъ остатка. Прорѣзалось на неба изъ-за облаковъ передъ закатомъ солнце. Громадное пунцовое, ярко обозначилось оно за моремъ. На море сошли облака. Какъ стѣны зубчатыхъ горъ, синѣли онѣ на востокѣ, золотились огненно-желтой цѣпью на западѣ. Солнце исчезло, а снѣжныя вершины горъ и зеленохвойные лѣса на скатахъ еще были освѣщены его убывающимъ свѣтомъ. Холодалъ воздухъ, чуть шумѣло тихое на этотъ разъ море, и улыбалось обнадеживающей улыбкой, и пѣло берегамъ свои воркующія пѣсни. А на утро солнце просушило городъ. Тонкая, желтая пыль уже поднималась въ воздухѣ, потеплѣло снова. Опять засинѣли фіалки, запахло весною. Опять горитъ и грѣетъ солнце. Чуть плещутъ поголубѣвшія волны, томно ласкаясь къ землѣ. Чуть плывутъ облака, цѣпляясь за горы. Устало скользятъ по морю лодки, и мягко повисли на нихъ паруса.