-- Идеальный отецъ,-- сказала Дробязгину Александра Сергѣевна,-- Прошлую зиму въ пансіонѣ нашемъ мы съ нимъ встрѣтились. Мальчикъ у него, лѣтъ восьми. Полуразслабленный... На почвѣ туберкулеза. Матери нѣтъ, но отецъ жизнь кладетъ на ребенка. Врачъ онъ, человѣкъ небогатый, безъ практики. Бѣднякъ, говоря по просту. Себѣ во всемъ отказываетъ. Не знаю, есть ли у него другое платье, кромѣ его сюртука знаменитаго. А сына, какъ принца какого нибудь, развозитъ по курортамъ. Чего Вовѣ ни захочется, все есть. И какъ онъ умудряется, понять не могу. Удивительный человѣкъ. Весь пансіонъ имъ интересовался. Теперь опять вмѣстѣ жить будемъ.
-- А вы въ какомъ пансіонѣ въ Ялтѣ живете?-- спросилъ Михаилъ Павловичъ.
-- "Долина розъ" -- называется. У Маргариты Осиповны. Надъ моремъ, садъ недурной. Розы безъ конца цвѣтутъ. Всю зиму. Дача отлично защищена отъ вѣтра. Мы уже сколько лѣтъ. Все въ одной и той же квартирѣ.
-- А... дорого тамъ?
-- Нельзя сказать. Мы платимъ...
Марочка быстро прервала мать.
-- Тамъ на всѣ цѣны есть помѣщенія. Отъ большихъ до малыхъ. Докторъ Нумизматикъ тридцать за двѣ комнаты платилъ. Одна, положимъ, маленькая. Но другая -- хорошая! А что! И вы хотѣли бы?
-- Очень хотѣлъ бы. Но не могу платить дорого. Я столько наслушался о ялтинской дороговизнѣ...
Марочка отрицательно качнула головой.
-- Нѣтъ. Теперь нѣтъ дороговизны. Зимой дешевѣетъ Ялта. Недорого можно устроиться. Мы съ мамой плохіе руководители. Сами живемъ въ ненужно-широкомъ масштабѣ. Но, если хотите, я васъ Марку Григорьевичу поручу, Нумизматику. Тотъ умѣетъ. Онъ всякому готовъ услужить. А если я попрошу, тѣмъ болѣе.