Путеольская усадьба, 11 мая 44 г.

1. После того как я несколько ранее отправил тебе письмо с письмоносцем Кассия, за четыре дня до ид прибыл мой письмоносец и, подобно чуду, — без твоего письма. Но я быстро догадался, что ты был в Ланувии, а Эрот поторопился, чтобы доставить мне письмо Долабеллы — не о долге мне (ведь он еще не получал моего); он ответил — и вполне благожелательно — на то, копию которого я тебе послал3695.

2. Но ко мне, после того как я отослал письмоносца Кассия, — тотчас же Бальб. О всеблагие боги! Как легко понять, что он3696 боится мира! И ты знаешь его — сколь он скрытен; тем не менее он рассказывал о замыслах Антония: что он обхаживает ветеранов, — чтобы они одобрили постановления Цезаря и поклялись, что все они будут находиться в лагере и последний ежемесячно будут осматривать дуумвиры. Он также сетовал на ненависть к нему, и вся его речь клонилась к тому, что он, видимо, расположен к Антонию. Что еще нужно? Ничего искреннего.

3. Но для меня нет сомнения, что дело клонится к походу. Ведь то3697 было совершено с отвагой мужей, с разумом детей. В самом деле, кто не видит, что оставлен наследник царской власти? Но что бессмысленнее?

Бояться этого, не знать боязни пред другим 3698.

Более того, даже в это самое время много оплошностей. Чтобы неаполитанской усадьбой Понция владела мать тираноубийцы3699! Мне почаще следует читать «Катона старшего»3700, обращенного к тебе. Ведь старость делает меня более придирчивым. Сержусь на всё. Но, по крайней мере, для меня жизнь прожита. Пусть принимают меры молодые. Ты позаботишься о моих делах, как заботишься.

4. Это я написал или продиктовал во время второй перемены3701 у Вестория. На другой день думал — у Гирция, последнего из пятерых3702. Так3703 подготовляю я переход этого человека к оптиматам. Великий вздор! Нет ни одного из тех3704, кто бы не боялся мира. Поэтому позаботимся о крылышках к ногам3705. Ведь любое лучше, нежели поход.

Аттике, пожалуйста, передай большой привет. Жду речи Октавия на народной сходке. И если есть что-нибудь другое, особенно же — не бренчит ли Долабелла3706, или же он из-за долга мне учинил новые записи3707.

DCCXXX. Титу Помпонию Аттику, в Рим

[Att., XIV, 22]