— Вот именно! — подтвердил Сапегин недосказанную мысль Анатолия о «случайных» налетах саранчи.
Доктор Ганн особенно подчеркнул, что руководство международной кампанией против саранчи осуществляется из Лондона. Имперский институт энтомологии в Лондоне превращен в Центральную исследовательскую станцию по борьбе с саранчой. Он получает от заинтересованных стран сведения о передвижениях саранчи и телеграфирует свои ежемесячные прогнозы.
Во время войны против саранчи на Среднем Востоке и в Африке действовали войска, но сейчас это производится гражданскими учреждениями.
— Не потому ли, — саркастически заметил Егор, — американцы строят огромные аэродромы в Африке?
Доктор Ганн подробно рассказал о работе экспериментальной станции химической защиты британского министерства снабжения. Как бы отвечая на реплику Егора, он сообщил об удачных опытах доктора Кеннеди, направившего против саранчи самолеты британских и южноафриканских воздушных сил. При этом применялись препараты ДДТ, гамексан и другие. Особенно эффективным оказался двадцатипроцентный раствор динитроортокреозола в соединении с ароматическими экстрактами нефти. Докладчик говорил о помощи британских, французских и итальянских энтомологов в борьбе с саранчой в районах Руква-Тал, на юго-западе Танганаики, о работах в Кении и других местах.
— Такой длинный доклад о борьбе с саранчой, — заметил Анатолий, — и ни одного слова об огромной роли в этом деле Советского Союза!
— Жаль, что он не упомянул о роли Америки в размножении саранчи в Индии, — сказал Егор.
Молодой советский ученый имел в виду противодействие, которое Соединенные Штаты оказали Советскому Союзу, когда он предложил свою помощь Индии по истреблению саранчи. Не уничтоженная в Индии саранча огромными массами обрушилась на Иран. Это было только выгодно для американской политики закабаления Ирана.
Свой доклад доктор Ганн закончил словами:
— Систематическая борьба с саранчой более чем когда-либо приобретает огромное значение ввиду недостатков продуктов питания во всем мире.