Но Лифкен не решался оставить советскую делегацию без присмотра, и пришлось Ихаре, де Бризиону и другим бродить со скучающим видом по погибшей плантации, бормоча: «Да ведь и так все видно… И так все совершенно ясно».
Егор не обладал такими знаниями в энтомологии, как Анатолий. Специальностью Егора были микробы и вирусы, и он был бы не прочь уехать. Но Анатолия невозможно было оторвать от пораженных деревьев. Один жук заинтересовал его особенно. Он показал его Джонсону и Гансу Мантри Удаму.
— Вы обнаружили новую разновидность кофейного жука, — объявил Удам.
Лифкен заволновался и стал решительно настаивать на отъезде.
— Хорошо. Поедем, — сказал Сапегин. — Они нас догонят. Надеюсь, Ганс Мантри Удам сможет показать им дорогу?
Лифкену было важно увезти Сапегина с плантаций, юноши беспокоили его меньше. Они уехали.
Вскоре Анатолий обнаружил еще одну разновидность вредителя. Ганс Мантри Удам тоже нашел новую разновидность.
Наконец, тщательно обследовав отмеченные сто метров, они сели в машину. По дороге в Бейтензорг Бекки сказала Удаму, ехавшему теперь с ними:
— Вы самый полезный человек в комиссии… Ваш племянник жив?
— Жив.