Гансу Мантри Удаму было не до бала, хотя он и получил письменное приглашение. Сегодня утром дирекция Бейтензоргского ботанического сада уволила его с работы без объяснения причин. Ученый собирал вещи, чтобы покинуть казенный дом, когда явилась Бекки и попросила Ганса Мантри Удама обязательно присутствовать у Ван-Коорена, так как все они в страшном беспокойстве за судьбу советских ученых, уехавших прошлой ночью на остров. Может быть, Гансу Мантри Удаму удастся услышать там хоть намек на их судьбу или узнать об их местонахождении. Бекки не может явиться на бал: она скрывается. Ганс Мантри Удам согласился бросить свои личные дела, если он чем-нибудь сможет быть полезным советским ученым.
Бекки, узнав об увольнении Удама, очень огорчилась. Но индонезийский ботаник успокоил девушку. В прошлом, до работы в ботаническом саду, куда его пригласили как крупного знатока целебных свойств местных растений и насекомых, он был фельдшером, пользовавшимся огромной популярностью. Он согласился пойти работать в ботанический сад, надеясь, что новая должность даст ему возможность помочь своему многострадальному народу. Он ошибся: администрация сада запретила ему частную врачебную практику. А наука в руках голландских дельцов была наукой для нужд эксплуататоров. Надо было сразу же, когда он понял, что подобная работа не оправдывает его надежд, оставить должность и служить народу. Но он все колебался. Играли роль и высокая оплата, и хорошее жилище, и многое другое. Угнетало презрение народа. А сейчас обстоятельства, в связи с его участием в конгрессе, сложились так, что он может помочь народу, на благо борьбы за мир во всем мире!
Приехав на прием к Ван-Коорену, Ганс Мантри Удам попробовал было узнать о советских ученых у де Бризиона, но тот поспешно заявил, что ничего не знает. Спрашивать Луи Дрэйка Мантри Удам не посмел. Лифкен не пожелал ответить ему на вопрос и повернулся к нему спиной. Что же касается членов комиссии Ихары, Сандерса и Перси Покета, то их почему-то не было.
Часы пробили десять. Луи Дрэйк, сидевший в группе дельцов, рядом с разодетой Анной, нервно вскочил и снова сел.
— Странно, — заметил Ван-Коорен. — Почему так запаздывают остальные члены вашей комиссии? Надо опять позвонить в гостиницу.
— Я звонила, — отозвалась Анна. — Их там нет. Видимо, случилось что-то экстраординарное. Надо еще немного подождать.
Ван-Коорен встал и отозвал в сторону Луи Дрэйка.
— Маркиз, — сказал он, — у нас не принято заставлять гостей так долго ждать. Это неприлично!
— А прилично начинать торжественный обед по случаю окончания работы комиссии, когда отсутствует большинство членов комиссии?
Луи Дрэйк подошел к Анне, молча взял ее за руку и так же молча повел к дверям. Анна встретила удивленные взгляды гостей, но сдержалась. Зато наверху, в зимнем саду у фонтана, Анна дала волю своему гневу.