Только в мире и есть , что лучистый,
Детский задумчивый взор!
Только в мире и есть — этот чистый,
Влево-бегущий пробор.
(Фет)
Нехлюдов в «Воскресении» Толстого увидел, влюбившись в Маслову, «ту исключительную, таинственную особенность», которая отличала её от всех прочих людей и делала её «неповторимой», «единственной».
Это чувство совершенно неведомо автору «Листьев травы».
«Я славлю каждого, любого, кого бы то ни было», — постоянно повторяет поэт.
Кто бы ты ни был , я руку тебе на плечо возлагаю,
чтобы ты стал моей песней.