— Не говорите этого, узнайте сперва, какая будет плата.
— Плата? — маленькие глазки кабатчика сверкнули жадностью. Так вспыхивали они всегда, когда заходил разговор о деньгах. — Плата?
— Да. Вы заработаете очень хорошо. А потребую я от вас пустяки — не замечать, кто к вам приходит, и иногда, очень редко, передать, кому надо, несколько слов.
— И всё?
— Всё.
Тыскив шумно вздохнул. Алчные огоньки в его глазах разгорелись сильнее, потом погасли.
— Нет, не могу. Боюсь.
— Но чего же вам бояться? Ведь я говорю о совсем маленькой услуге, хотя выиграть от неё вы можете очень много.
Дасько придвинулся ближе к Тыскиву, заговорил с жаром, убеждающе.
— Вот уже теперь в вашем буфете почти не бывает посетителей. Пройдёт ещё год-два и его совсем придётся закрыть. Куда вы тогда пойдёте? А я вам помогу пробраться за границу. У вас будут деньги, у вас будут все возможности стать хозяином, зажиточным самостоятельным человеком. Вот, смотрите...