Вот какая разница между мелкой и просто буржуазией; этого Плеханов не различал и поэтому делал жестокие ошибки.
Но еще Плеханов только заканчивал печатание своих писем, как роспуск Думы изменил в значительной мере постановку ряда вопросов и привел к большим колебаниям Плеханова влево.
3.
«Дневник» № 6 – одно из очень примечательных выступлений Плеханова за этот период его меньшевизма.
Начать с того, что этот номер «Дневника» прошел при молчании буржуазной прессы. Для того, чтобы понять значение этого многознаменательного факта, следует сказать, что почти все его выступления после первого номера «Дневника», особенно после третьего, встречались кадетами с чрезвычайным одобрением. Профессор Гримм, Изгоев, Милюков («Плеханов и бойкот». – «Речь» 1906 г. № 26 от 20/III), Галич, Бланк, Кускова, Ковалевский, – все эти либералы и полулибералы считали крайне выгодными для себя выступления Плеханова и пользовали их для борьбы с «анархистскими» тенденциями в социал-демократии. П. Милюков даже удосужился заняться специально вопросом о внутрипартийных отношениях социал-демократов. По выходе «Писем о тактике» он счел необходимым «поддержать» Плеханова в его борьбе против большевиков статьей «Г. Плеханов и г-жа Кукшина».
Известно, какую огромную роль играл упрек, брошенный большевиками Плеханову за такую «поддержку» на Стокгольмском съезде. Ответ его вряд ли можно считать сколько-нибудь убедительным. Разумеется, когда большевики упрекали Плеханова, они не имели в виду обвинить его в сознательном желании помочь буржуазии, но тот факт, что такое длительное время враги ему рукоплескали – был лучшим показателем того, что он делал ошибки, вредящие делу рабочего класса.
Но вот вышел № 6 «Дневника» и не только не вызвал похвал, но даже не был, как будто, замечен.
В чем была причина?
В том, что у Плеханова, под влиянием разгона Первой Думы, взял верх революционный темперамент над меньшевистской теорией, и он в этом номере своего «Дневника» выступил с революционными лозунгами, хотя и несколько непоследовательно.
В эти летние месяцы меньшевистский ЦК особенно нервничал; своими оппортунистическими резолюциями и постановлениями он постоянно натыкался на сопротивление местных организаций; менял свои лозунги, но не находил такого, на котором он мог объединить партию. Лозунг «за возобновление сессии Думы», особенно пришедшийся но вкусу кадетам, под влиянием энергичных протестов уступает место новому лозунгу «в защиту Думы против камарильи для созыва Учредительного Собрания»; когда же и он не был переварен партией, его сменил третий «за Думу, как орган власти, который созывает Учредительное Собрание» – и все это на протяжении очень короткого времени.