Старый лукумон понял мои сомнения и сказал:
— Ты, наверное, не знаешь, что я имею в виду, говоря о «придании обличья»? — Он взял кусок дерева, поднес его к глазам и проговорил: — Посмотри на это. — Потом бросил деревяшку на пол. — Видишь, это лягушка.
На моих глазах деревяшка, ударившись о каменные плиты, мгновенно превратилась в лягушку, которая с испугу сделала несколько прыжков и уселась неподвижно, с интересом глядя на меня круглыми маленькими глазками.
— Возьми ее в руки, — сказал старый лукумон и весело рассмеялся — так недоверчиво смотрел я на живое существо, которое он только что создал. Мне было не по себе, однако я поднял лягушку и почувствовал, что она холодная и гладкая. Лягушка судорожно дергалась у меня в руке.
— Отпусти ее, — велел старец.
Я позволил лягушке выпрыгнуть из моей ладони. Коснувшись пола, она снова на моих глазах обернулась деревяшкой. Тогда лукумон из Вольтерры, в свою очередь, взял ее, показал мне и сказал:
— Вызываю не то, что подземное, а то, что земное. Посмотри, как теленок становится быком.
Он опять бросил деревяшку на пол. Она принялась расти и предстала перед нами только что родившимся теленком. Еще мокрый малыш с трудом стоял, покачиваясь на тонких ножках, но вскоре он начал стремительно меняться, увеличиваться в размерах, обзавелся прекрасными острыми рогами и, наконец, сделался таким большим, что заполнил все помещение и ни за что не сумел бы пройти через дверь. От него исходил острый запах быка, в глазах плясали злобные огоньки. Вид у него был угрожающий…
Лукумон щелкнул пальцами — как будто бы ему надоела игра. Бык пропал; на полу по-прежнему лежала серая невзрачная деревяшка.
— Ты можешь сделать то же самое, если захочешь, — улыбнулся старый лукумон. — Будь добр, подними деревяшку. Скажи, что ты хочешь создать, и у тебя все получится.