— Вот и хорошо, это важное дело. Сколько ты их собрал?
— Я со своим звеном — 2850 штук.
— Великолепно!
— Надоело мне их собирать, хочу сам бросать их на фашистские танки. А я бы бросил! — Лицо Володи засияло, глаза зажглись огнем. — Ни один фашистский танк не ушел бы…
Все же военком стоял на своем. Расстроенный ушел Володя из военкомата. Единственный, кто еще мог помочь ему, это был дядя Ваня, старый партизан, живший в Карантине. Володя стал думать о нем.
IV
Город помрачнел. Израненный варварскими налетами фашистской авиации, стоял он, окутанный глубокой печалью. Исчез с его улиц смех и веселый говор. Суровые, охваченные тревогой и гневом люди молча таскали скарб, куда-то спешили.
На Пролетарской улице команда МПВО разбирала обломки разрушенного бомбежкой дома. Вся улица была усеяна битым стеклом, кирпичом, железом. Из глубины двора доносился скорбный плач женщины. Она стояла на коленях у разваленного дома и оплакивала своих погибших детишек — мальчика и девочку. Бледные, они лежали тут же на куче мусора.
Володя Дубинин вышел из дома на осиротевшую улицу.
Куда же пойти? Школу Володи разбомбил фашистский стервятник. Закадычный друг Колька два дня назад погиб при воздушном налете, а однокласснику Пете бомба оторвала ноги. Многие друзья эвакуировались…