Неожиданно спереди и с боков ударили пулеметы, винтовки. Меткий прицельный огонь партизан косил заметавшихся немцев. Было удобно подстреливать их, потому что вражеская колонна была хорошо освещена, партизаны же находились в темноте.
Немцы залегли и ответили ружейным огнем. Завязалась частая перестрелка. Преимущество было на стороне партизан: они хорошо знали коридоры, где находились фашисты, о расположении же партизан гитлеровцы не имели никакого представления.
Двое суток держались немцы в захваченных ими штольнях. В конце концов не выдержали. Потеряв более 80 солдат и офицеров убитыми и ранеными, они убрались, чтобы больше не показываться в каменоломнях.
Но тем необходимей было партизанам выяснить, что делается на поверхности. И тут Володя понадобился снова. Он снова отправился в очередную разведку.
Глубокой ночью молодой разведчик выбрался на поверхность. Порывистый осенний ветер с силой бил в озабоченное лицо Володи. От свежего воздуха у него закружилась голова, и он присел. Кроме ветра, ничего не слышно было. Обрадованный Володя приготовился исчезнуть в ночной темноте, как вдруг ему показалось, что откуда-то доносятся шаги. Он прислушался. Да, слух не обманул его. Шаги были слышны все яснее. Они приближались к нему. Невдалеке засверкал огонек электрического фонарика. Володя моментально повернул обратна. Послышался грубый окрик:
— Хальт! Хальт!
Раздались выстрелы. Пули пролетели мимо ушей Володи. Стреляя из автомата, часовой бежал к нему. Володя стремительным броском очутился около входа и исчез в темном коридоре штольни. Долго метался вокруг щели немецкий часовой, шарил фонариком, стрелял из автомата. К нему на помощь пришли другие часовые, но и они никого не нашли.
Мрачным и обескураженным возвратился Володя в штаб.
— Что случилось, Дубинин? — с тревогой спросил его командир.
— Немцы охраняют вход, — ответил разведчик.