Вдруг лицо Евстигнея озарилось довольной, почти счастливой улыбкой. Он хлопнул себя по лбу.
— Ваше превосходительство, — воскликнул он, как бы не зная от радости, как лучше величать офицера, — левей бы вам взять, подъем совсем легкий.
— Где еще? — нахмурился Долгушин. — Давно бы сказал.
— А я сейчас проведу вас, сей минуточкой. И не услышат окаянные, здесь место глухое, — соседний-то двор выморочный, пустой. Пугач перевешал всех.
Он говорил быстро-быстро, нанизывая слова, ловя разбегающиеся мысли. Долгушин подумал.
— Веди, что ли, да скорей. Светает.
Евстигней быстро бежал, шлепая по мокрой траве босыми ногами.
Долгушин и пять человек безмолвно поспешали за ним. Действительно, тропинка, довольно глухая, протоптанная позади изб, шла под гору. Видимо, лохматый мужичонка не обманывал офицеров. Долгушин повторял только одно, тревожно поглядывая на светлевшее небо:
— Скорей, скорей.
И Евстигней прибавлял шагу.