— Выше? Например?
— Ах! Да что об этом говорить! Вы, всё равно, со мной не согласитесь…
Она шумно встала и прошлась по комнате.
— Гм… Вы прежде так не выражались…
— Это чего? Об искусстве-то? Не приходилось, Николай Модестович… Мы, ведь, с вами вообще «умных» разговоров никогда не водили. Вы мастер от них отделываться, — нервно усмехнулась она, но улыбка тотчас сбежала с её губ. — Но я никогда не думала иначе… И, конечно, теперь не изменю своих взглядов. Поздно! Я уже не молоденькая…
«Дурит… — решил Васильев, успокаиваясь. — Однако, я вижу, ни одна баба от блажи не застрахована».
Видя, что хозяйка не обращает на него внимания, Васильев сам подлил себе кипятку в остывший чай, подвинул к себе корзину с зандкухенами, втянул их вкусный запах и с удовольствием принялся за чай.
III
На рояле Анна Николаевна увидала футляр со скрипкой и остановилась. Взгляд её смягчился.
— Вы привезли с собой что-нибудь? — через комнату спросила она, не оборачиваясь.