Он подхватил мальчика и снова уложил его на землю.
– Предоставьте Фриделя мне, – раздраженно произнесла Дора. – Ваша так называемая помощь еще опаснее, чем падение со скалы! Будьте добры спуститься вниз и позвать кого-нибудь, чтобы снести мальчика; надеюсь, вы убедились, что он не может идти.
Норманн посмотрел на мальчика и сердито покачал головой ворча:
– Для того чтобы с ним сделался солнечный удар! Ведь здесь нигде нет ни малейшей тени, а пока кто-нибудь придет, пройдет целый час. Лучше я сам отнесу его…
Дора смотрела на него с безмолвным изумлением. Конечно, это было самое лучшее, но то обстоятельство, что профессор сам вызвался нести мальчика, показалось ей очень удивительным.
Впрочем, тот не ожидал никакого ответа, а просто взял мальчика, причем сделал это очень осторожно и заботливо, но в то же время сурово произнес:
– Теперь изволь положить голову ко мне на плечо и не шевелиться. Так! А теперь можешь в третий раз падать в обморок, если это тебе нравится!
Норманн с мальчиком пустился в обратный путь; тщедушная фигурка Фриделя не представляла собой большой тяжести, но на крутой дороге, над которой палило полуденное солнце, она являлась очень чувствительной, особенно для профессора, не привыкшего ничего носить. Норманн пыхтел и задыхался, пот ручьями бежал с его лба, но он неутомимо шел вперед, хотя эти первые шаги на поприще „любви к ближнему“ и являлись для него чрезвычайно трудными!
II.
Квартира профессора Гервига в Шледорфе отличалась большой простотой. Да в таком маленьком местечке и нельзя было ожидать ничего другого и приходилось обходиться без многих привычных удобств. Но домик был чистенький и приветливый, и из него открывался чудный вид на горы. Небольшой садик отделял его от соседнего дома, где поселился профессор Норманн; само собой разумеется, при таком близком соседстве Гервиг и Норманн виделись постоянно.