Почин друзей был сразу же подхвачен всеми.
Работа быстро подвигалась. Через шесть часов, когда командир звена объявил перерыв, только узкая гряда битого льда отделяла самолёт от первой площадки. "Прорабы" доложили:
– Очищена площадь в двести семьдесят квадратных метров.
– На первый день хватит, – с удовлетворением отметил Бесфамильный. – Пошли отдыхать, товарищи!
Говоря по совести, ему жалко было отрывать людей от весёлой работы. Но и на этот раз командир остался верен себе. "На одном энтузиазме далеко не уйдёшь, – рассуждал он. – Надо беречь силы людей. Впереди предстоит немало лишений".
– Давайте, товарищи, рационально организуем нашу работу, – предложил за ужином Егоров. – Надо спешить. Мне кажется, что лучше всего нам подойдёт двенадцатичасовой аврал в сутки: шесть часов работы – шесть часов отдыха и т.д. Благо освещение у нас круглые сутки что надо!
– Поддерживаю, – закричал, размахивая куском, Байер. – Дело хорошее. Если так будем работать, перекроем осторожные сроки командира и вылетим двадцать третьего мая.
– Да, если в дело не ввяжутся незваные помощники – шторм или пурга.
– Ну, уж это нам лучше знать, – обиделся Байер и пообещал хорошую погоду.
Ему поверили и, утвердив предложение Егорова, улеглись спать. Дежурить вызвался Бесфамильный.