Чаковнин пришел, чтобы выместить на ней ее поступок с ним, но теперь он уже не мог сказать то прямо. А что сказать иное — он не знал.
— Верно, он сам не может ко мне зайти сегодня? — спросила Дунька, сама того не зная, что подсказывает Чаковнину, что ему отвечать ей.
— Да, именно, он не может зайти, — повторил тот, а сам подумал:
«Забодай тебя нечистый! Того и гляди, еще проврешься с тобою!»
— Так я вам должна передать новости о деле; вы за тем присланы?
— Ну, да! Сами знаете и понимаете!
— Ну, так вот скажите ему, что вас выпустили с Труворовым, впрочем, это ему, вероятно, известно через вас, а осуждение князя и Гурлова состоится сегодня. Завтра их переведут из отдельного помещения в общее арестантское, а затем с первой же партией отправят в Сибирь.
«Да неужели?» — чуть не вырвалось у Чаковнина, но он удержался и проговорил только:
— Вы это наверное знаете?
— Ну, еще бы!