— Марию, которую вы знавали еще в качестве воспитанницы титулярного советника Беспалова. Я видел ее на Фонтанке, как она проследовала из кареты в подъезд; оказалось, что она жена какого-то итальянского князя, все титулы которого трезвому, уважающему себя россиянину произнести никак невозможно…
— Вас спрашивает дама, — доложил вошедший в это время лакей, обращаясь к Николаеву.
— Дама? — удивился Саша Николаич.
— Да-с, княгиня… дальше я не мог запомнить… Вот они тут написали…
И он подал золотообрезный листок, очевидно, вырванный из элегантного дамского блокнота.
— Супруга, — прочел Саша Николаич, — дука дель Асидо, князя Сан-Мартино.
— Это она! — воскликнул Орест. — Говорю вам: это она!.. Поступайте, как знаете, а я исчезаю, ибо боюсь смутить ваши и принчипессы прекрасные очи видом своего ничтожества…
И он действительно исчез в единый миг, будто бы провалился сквозь землю.
Саша Николаич хотел остановить его, сейчас же выглянул в окно, но, посмотрев направо, а потом налево, уже не увидел Ореста нигде.
— Вероятно, княгиня не меня, а барыню спрашивала? — поинтересовался он у лакея.