Небольшое государство Мегары было расположено к западу от Аттики. Соседи часто воевали, и Писистрат во время своего правления отобрал у мегарян их гавань Нисею.
Мегаряне вряд ли осмелятся предоставить на длительное время убежище врагам могущественного афинского тирана, но, конечно, не помешают Тиманфу и его друзьям сесть на ольвийское судно. Весь вопрос был в том, как добраться до Мегар. По сухопутью идти далеко и опасно, тем более что по дороге придётся огибать Афины и пересекать густонаселённую местность.
Памфил решил переправить беглецов в мегарские воды морем. Навклер Демарат (который теперь явится в Пирей без груза оружия) заявит портовым властям, что отплывает на юго-восток, на остров Милос. В открытом море он изменит курс и направится на запад. Обогнув остров Саламин с юга и миновав принадлежащую афинянам Нисейскую гавань, Демарат бросит якоря в недалёком расстоянии от мегарского берега и станет ждать беглецов. Рыбаки переправят туда Тиманфа и его друзей. Конечно, на лодки придётся садиться не в Пирее, а где-нибудь западнее, на пустынном берегу, в окрестностях Фалера, в глухое предрассветное время, когда обычно отправляются на ловлю рыбаки.
План Памфила был опасен, но ничего лучшего придумать не могли.
Поручив Филофею передать отцу самую горячую благодарность, Тиманф отпустил юношу. Теперь Филофей знает дорогу к их убежищу, и, когда придёт время, он явится за ними и проведёт в окрестности Фалера, где их будут ждать рыбачьи лодки. Частое сообщение с пещерой Тиманфа опасно, и поэтому беглецы до ухода из ущелья должны продержаться с теми съестными припасами, которые прислал им Памфил.
Под маской рабовПосле ухода Филофея в пещере снова потянулись дни тоскливого ожидания. Всё теперь зависело от того, как быстро Демарат сделает переход из Ольвии в Пирей. Если его прибытие замедлится, беглецов либо ждёт голодная смерть, либо кому-либо из них придётся с большой опасностью отправляться за съестными припасами.
Чтобы занять своих мальчиков, Эвротея рассказывала им древние легенды о богах и героях, а знала их почтенная матрона немало: недаром она была дочерью известного в Аттике рапсода [Рапсóд (греч.) — странствующий певец народных песен, сказитель.] Лизимаха.
Ночью Баллур бродил с Тиманфом по ущелью, обучая его смиренной походке раба — с опущенной головой, с глазами, устремлёнными в землю, с безвольно висящими руками. Свободный гражданин Пирея с трудом усваивал уроки Баллура.
Прошло уже двадцать два дня, а Филофей всё не появлялся.
Может быть, Филофея схватили, когда он возвращался из ущелья? Может быть, он попался шпионам Гиппия уже на обратном пути, когда шёл за Тиманфом и его спутниками?