Машины заурчали и, мягко подбрасывая кузов, пошли с проселка на шоссе. За ними легким табунком, золотясь на солнце, закружилась пыль.
19
Поликарп Евстигнеевич вернулся домой поздно. Но это нисколько не помешало ему разбудить Кузьму, поднять на ноги Ивана Сидорова. Втроем они быстро пошли к риге.
— Вышел сам директор завода, Иван Павлыч Ануфриев, — рассказывал на ходу Хромов. — Расспрашивал, каков урожай. Урожай, ответил я, давай бог каждый год такой. Поглядел он капусту нашу. Понравилась… и, значит, как было условлено — одну машину в отдел ихнего рабочего снабжения направил я, там же и молотилку получил…
Ночь была темная, августовская. На небе мерцали крупные звезды. Нагретая за день земля парила.
— Электрическая молотилка или ручная? — размахивая фонарем, спросил Иван Сидоров, как всегда не упускавший возможности высказать свою осведомленность в технике.
— Как же может быть ручная, если товарищи шефы знают, что у нас есть движок, — ответил Хромов.
Рига стояла на краю деревни, покрытая новым тесом. Ее построили совсем недавно, и на земле еще валялись щепки, путалась в ногах стружка. Под навесом белела молотилка. Ее долго осматривали. Иван Сидоров покрутил маховик, прислушался к легкому гулу внутри машины.
— Придется, Иван Владимирыч, сюда движок перенести, — сказал Кузьма.
— А как же, с утра будет здесь, — и, словно кто сомневался в его словах, воскликнул, совсем забыв историю с движком: — А все же здорово, я скажу, Кузьма Иваныч, оборудовал я движок, а?