Маркиз открыл дверь, пропуская Рене вперед.
– Входи.
Затененная листвой огромных каштанов, скудно обставленная комната с выстроившимися вдоль стен книжными шкафами была погружена в безмолвный зеленоватый полумрак. Маркиз опустился в потертое кожаное кресло и с улыбкой посмотрел на сына.
– Ты становишься похож на свою мать.
– А Маргарита похожа на нее?
Рене стоял у окна, хмуро глядя на ветви каштанов; он задал этот вопрос, не повернув головы.
– Ничуть. Говорят, она похожа на меня. В семье твоей матери у всех были светлые волосы.
– У тети Анжелики светлые волосы. Мама была на нее похожа?
В голосе Рене слышалось какое-то странное упорство, и отец внимательно посмотрел на него.
– Можно было догадаться, что они сестры. Обе светловолосые… но нет, все же сходства между ними было мало. Вот портрет твоей матери, правда, не очень удачный.