— Этого человека, — сказал я, — я вижу в первый раз и никогда в жизни не видел.
Председатель отчаянно зазвонил в колокольчик: теперь уже в зале бушевал шторм.
— Человек, которого я видел в «Лукулле», был похож на этого, сидящего перед нами, так же, как я похож на председательствующего суда.
В зале раздался смех.
— Свидетель, попрошу вас без неуместных сравнений! — взъелся вдруг председатель.
Только теперь я понял в чем дело, — мне попросту подсунули тогда в «Лукулле» другого человека, громилу-профессионала, взломщика несгораемых сейфов, действительно собиравшегося кого-то ограбить в следующую ночь, — и на моем показании хотели построить обвинение против человека, виновного лишь в том, что он русский и приехал в Батату скрещивать ананасы с грейпфрутами.
— Вы, может быть, тогда были пьяны, свидетель? — спросил прокурор ядовито.
Я обозлился.
— Я не был пьянее, чем сейчас! — крикнул я. — Этот человек абсолютно ни в чем не виновен и если главный свидетель обвинения по его делу — я, то я торжественно заявляю, что никогда, нигде, ни при каких обстоятельствах его не встречал и никогда, нигде и ни при каких обстоятельствах не читал его мыслей.
— Браво, Фрей! — услышал я звонкий голос Сэйни из зала. Председатель бешено зазвонил в колокольчик.