Я отбросил прекрасное вечное перо «Удав», подложенное мне Люком, и сказал:
— Я передумал. Мне что-то не нравятся Кокосовые острова. Я имел счастье видеть их острые рифы.
Оставив изумленного Люка в его мрачной дыре, я вышел на улицу.
* * *
Многими неделями позже я узнал, что «Жемчужина юга» села на рифы в районе Кокосовых островов; уцелели лишь капитан Грот и старший помощник. Люк получил огромную страховую премию, выплаченную ему полностью.
Глава третья
Моя звезда восходит высоко и падает вниз
Я мучительно голодал. Я ночевал черт знает где, хотя в благословенной Батате, где все процветало и карманы спекулянтов и дельцов буквально лопались, переполненные лаврами, существовало множество отелей с чистым бельем и грелками для ног в постели. Я слушал разговоры таких же бездомных, как я, бедняков, честивших на чем свет стоит президента и говоривших, что этот улыбающийся на рекламе подтяжек Герт Гессарт заработал на бататовой и кофейной операциях миллионы потому, что фирмы делились с ним своими доходами от выросших цен.
— Ну, ему придется тряхнуть мошной на предстоящих выборах в президенты, — говорили мои собеседники. — По дешевке он не получит вновь своего президентского кресла.
— Чтобы черт его унес в преисподнюю! — желали Герту Гессарту женщины, стоявшие в длинных очередях за кокосовым молоком и маслом, ибо кокосовые компании не отставали от своих собратьев и попрятали все запасы, чтобы в свою очередь вздуть цены.