А я тоже накануне с моря пришел. Сидим на берегу с другом, выпили по маленькой, а он говорит:
- Вот мне сейчас на доклад к командующему идти, а я не могу на глаза ему показаться. Позор какой-корабль на мель посадил. Да еще где? Тут спросонок пешком холить можно, а я на мель…
- Ну, утешаю его, - насчет спросонок это ты, брат» загибаешь… Места тут тоже серьезные. И туман учитывать приходится. Случилось-и ладно, ничего не поделаешь. Два корабля немецких потопил, лодку и экипаж в целости привел, какие к тебе претензии?
- Боюсь я, брат. Это же командующий. Ну, как я, морской офицер, скажу ему, что лодку на мель посадил? Ему за меня стыдно будет. Я не только себя, я его подвел, самого уважаемого человека во флоте. Он ведь мне верил…
- Не съест же он тебя! Пожурит, ну, может, взыскание наложит и снова в море пошлет.
- А у меня какое чувство останется?.. Плохо, брат, плохо мое дело…
- Я его опять успокаиваю, а сам думаю: «И я, грешный, на его месте также убирался бы. Совесть скребла бы. Да и боязно- я его понимаю».
Странно это, если разобраться. Несколько часов назад человек в бою смерти не страшился, атаковал, леэ в самое пекло, а домой пришел, обмишурился и командующему показаться боится. Но я бы тоже боялся на его месте. И всякий бы у нас боялся. Не наказания, а самой встречи с командующим при таких, можно сказать, прискорбных обстоятельствах.
Зато совсем другое дело, когда все у тебя в порядке. Идешь к командующему, и походка у тебя легкая; докладываешь ему, и голос у тебя твердый, уверенный. И он это чувствует. Человек он требовательный - ему чтобы смелая инициатива была. Морской порядок любит. В требованиях своих строг, но справедлив. И что удивительно: флот ведь большой, а всех на флоте командующий знает! Про каждого все знает! Внимательный к людям. На кораблях часто бывает, в море ходит, и все его на кораблях любят.
Приходилось и мне бывать у него на командном пункте.