«Ой, ой, ой! — подумал Тороп. — Худо дело!»
— Прелюбезная песенка! — продолжал Вышата. — Как, бишь, в ней?.. Постой-ка!
Тяжко, тяжко было молодцу,
Да товарищ выручил…
Не помню только, называют ли в песне по имени этого товарища; да вот погоди, ты опять мне ее споешь. А что, Торопушка, кажись, в этой же песне поется:
И туда, где мы живем,
Нет проходу, ни дороженьки,
Нет ни следа,
Ни тропиночки…
— Да, боярин, — отвечал Тороп, оправясь от первого замешательства, — и покойный мой дедушка так певал эту песню.