— Но разве ты один из варягов покинул навсегда свою родную землю? Разве нет при лице моем многих из твоих единоземцев, которые называют отчизною своею великий Киев?
— Я говорю о себе, государь!
— Но чего же ты хочешь… Фенкал? — продолжал Владимир ласковее. — Я люблю тебя, желаю видеть счастливым и довольным. Быть может, до сих пор я мало наградил тебя за твою службу. Ближний мой баян Фенкал, я жалую тебе мое заднепровское село Тугорканово, со всеми поместьями, угодьями и землями.
— Слышишь ли, Фенкал? — вскричал Светорад. — Село Тугорканово, со всеми поместьями и угодьями… Кланяйся!
— Село Тугорканово! — повторил Вышата. — С рыбными ловлями, сенными покосами!.. Кланяйся!
— С тремя пчельниками! — продолжал Светорад.
— С торговой пристанью! — промолвил Вышата.
— Да кланяйся же и благодарствуй! — повторили они оба, дергая его за полы.
Фенкал молчал; он стоял по-прежнему бестрепетно перед лицом своего повелителя, смотрел почтительно на грозное его чело, но не преклонил главы своей.
— Фенкал, — вскричал Владимир, едва скрывая свой гнев, — ты безмолвствуешь, ты не благодаришь своего господина?