— Возможно ли? — вскричал Всеслав. — Вы не клянете, а благословляете имя великого князя?
— А как же? Ведь он наш государь.
— И вы не просите вашего бога сгубить Владимира?
— Сгубить Владимира? Да разве можно его просить об этом?.. Наш бог спасает людей, а губит их враг божий — дьявол, — да за то-то мы и должны его ненавидеть.
— Но что ж делаете вы, когда собираетесь по ночам на развалинах вашего храма?
— Мы поем славу божью, молимся Искупителю, величаем матерь его, Пресвятую и Пречистую деву.
— И вы ничего другого не делаете?.. Вы не упиваетесь кровью невинных младенцев?
— Ах, что ты говоришь, Всеслав! — прервала с ужасом девушка. — Да простит господь бог твое прегрешение! Разве мы дикие звери?
— Итак, все, что я слышал об ужасных обрядах веры вашей, несправедливо? — вскричал Всеслав. — О, как облегчила ты мое сердце! Я могу любить тебя, не оскорбляя моей совести, могу назвать отца твоего моим отцом и благословлять вместе с ним имя Владимира!
— Как, — вскричала с радостью Надежда, — ты хочешь назвать батюшку отцом своим? Так ты желаешь сделаться христианином?