Две тени двигались по темному коридору. Эти двое шли медленно, то и дело останавливаясь из предосторожности.
Они проникли в слабо освещенную комнату и переглянулись при свете защищенной экраном свечи.
Одним из ночных посетителей был Трибуле; другим, точнее, другой, – Жанна де Круазий, фрейлина герцогини де Фонтенбло.
Комната, в которую они вошли, представляла собой прихожую в покоях герцогини де Фонтенбло.
– Она ждет вас, – тихо произнесла Жанна де Круазий. – Ах, месье, уж и не знаю, какой опасности я подвергаюсь!.. Но я не могу видеть ее такой печальной… Мое собственное сердце разрывается от страданий…
Трибуле понимающе кивнул головой. Он был неузнаваем. За восемь дней он полностью изменился. Сардоническая складка у рта исчезла. Взгляд выражал безмерное беспокойство существа, спрашивающего себя, какое еще несчастье обрушится на него.
– Придется подождать до полуночи! – сказала фрейлина. – В полночь все основательно отключаются… Вот эта дверь должна быть заперта. Ключ от двери хранится у меня.
– Бедная Жилет! – вздохнул Трибуле. – Живет как пленница.
– Это было бы еще не так страшно, если бы не было мадам де Сент-Альбан.
– Мадам де Сент-Альбан!.. Эта беззубая мартышка, которая никак не смирится со своим почтенным возрастом и смертельно ненавидит любую женщину моложе пятидесяти лет.